КОРОЛЬ СМЕХА
Памяти Марка Твена

Памяти Марка Твена. Король смеха

Наши публикации

Антикварная книга. Король смеха

Памяти Марка Твена
Король смеха

Текст печатается по изданию:
Журнал "Природа и Люди"
№ 27, 1910 г., стр. 418



КОРОЛЬ СМЕХА
Памяти Марка Твена

Новый Свет – родина не одних лишь королей долларов, меди, сахара и электричества: 22-го апреля опустел трон «короля смеха» - Марка Твена. Более полустолетия гремел его смех там, далеко за океаном, и звучным эхом раскатывался по всем углам мира. Никто до него не обладал таким колоссальным запасом жизнерадостности и здороваго, безобиднаго юмора. Это был какой-то неистощимый Клондайк веселья, заражавший всех и каждого своим неудержимым смехом.

И вот его не стало. Погас его оригинальный ум, закрылись наблюдательные глаза, умолк жизнерадостный смех. Марк Твен ушел от нас, ушел – чтобы стать вечным…

Да, отныне Марк Твен – классик, и имя его – одно из счастливейших в истории литературы: ибо лишь немногие авторы обладают даром возбуждать в читателе здоровый смех, делая нас бодрыми, жизнерадостными и снисходительными к людям. К тому же, Твен доступен всем и каждому: его, как и Жюля Верна, могут с одинаковым увлечением читать и дети и взрослые. По меткому замечанию президента Тафта, «он не написал ни строчки, которой бы отец не мог дать прочесть дочери».

Как же протекла долгая жизнь этого неутомимаго шутника? Оказывается, что она полна самых драматических приключений: все что есть «американскаго» в Америке, пришлось Твену испытать на своей шкуре. Все необычайныя происшествия, так живописно и забавно рассказанныя в «Томе Сойере» и «Геккельбери Фине», «Жизни на Миссисипи» и др. – в большей или меньшей мере автобиографичны.

Литературную карьеру свою будущий Твен начал 13-ти лет. Тогда он еще был типографским мальчиком Самуэлем Клеменсом. Редактор своеобразной, чисто-американской газетки в захолустьи штата Миссури, уезжая в отпуск, поручил ея редактирование шустрому мальчугану. В типографии Твен пробыл ещё два года, после чего стал лоцманом на Миссисипи, продолжая в то же время корреспондировать в газеты. Страсть к бурной жизни не давала ему подолгу оставаться в одном и том же положении. Тысячеверстные рейсы, совершаемые им в качестве лоцмана, не удовлетворяли его склонности к приключениям. И вот, 25-летним юношей, Твен вместе с старшим братом своим предпринимает огромное сухопутное путешествие в Неваду – через прерии, горы, соляныя пустыни, населенныя волками, буйволами и индейцами. Но и тут он пробыл недолго: его охватила «золотая лихорадка», - и он променял редакторское перо на заступ золотоискателя. Два раза он был миллионером, два раза терял свое богатство, - но никогда не падал духом и, не покладая рук, работал и шутил, шутил, шутил. Самыя веселыя страницы его сочинений написаны именно тогда, когда он, потерпев аварию в бурном океане жизни, начинал строиться сызнова, без гроша в кармане. Есть чему поучиться у этого неунывающего весельчака!

Куда ни забрасывала его жизнь, всюду он умел сохранить свой ясный, здравый, чисто-американский ум и изумительную наблюдательность. Его искрящийся юмор весь почти основан на изощренной наблюдательности. Даже животныя не ускользнули от его все вышучивающаго взгляда. Очень забавно описывает он, наприм., работу муравья (в «Прогулках за границу»). Твен решительно не согласен признавать за муравьем какой-то необычный ум; он просто описывает, как муравей «поплевав себе на руки», хватает свою ношу – «какую-нибудь прошлогоднюю ногу хруща – непременно всемеро больше себя, непременно высмотрев, как бы случайно не поволочить ее прямо, - и тащит для чего-то непременно через попадающияся на пути заграждения. Ах, это настолько же остроумно, как если бы я захотел снести куль муки из американскаго Гейдельберга в Париж и по дороге перетащить его для чего-то через высокую страсбургскую колокольню».

Из таких блесток наблюдательности и юмора сотканы всего его произведения. В искусстве изобразить сюжет и фабулу у Твэна, пожалуй, найдутся соперники, но решительно никто не превзошел его в умении забавно рассказывать. Как рассказчик, он положительно неподражаем – ведет ли он повествование о приключениях Тома Сойера и Гека Финна, или разсказывает необычайную историю «Принца и нищаго», или совершает юмористическую экскурсию в эпоху легендарнаго короля Артура, или передает судьбу нищаго, получившаго вдруг по капризу миллионеров, банковский билет в миллион фунтов, или… впрочем, всех разнообразных сюжетов Марка Твена не перечислишь. Романов у него десятка два, а мелких юмористических разсказов – до сотни.

Чтобы отметить своеобразный характер его юмора, приведем несколько отрывков из мелких разсказов.

В разсказе: «Микель Анджело» небольшая кучка посетителей Рима решилась отомстить назойливому проводнику, обнаружив феноменальное равнодушие ко всем восхваляемым им редкостям. Проводник подводит туристов к египетской мумии.

- Вот, вот, мои дорогие господа! Мумия, мумия!

«Пенснэ спокойно и критически утвердилось на носу доктора:

- А-а? Правильно ли я вас понял? Скажите, как звали, скажите, этого молодца?

- Как его звали? Да откуда я могу знать его имя… Ведь это же мумия, настоящая египетская мумия!

- Да? Вот что! Наверное она родилась здесь?

- О нет!.. Это же египетская мумия…

- Вероятно, француженка?

- Да нет же… Родилась в Египте!

- О-о! Где? В Египте? Ничего в жизни моей не слыхал о Египте. Заграничное местечко, вероятно? Мумия, мумия… И ведь как спокойно она лежит… Эге! Да она ведь, кажется, мертвая?!..

- О Боже!!... Уже 3000 лет!...»









Наши публикации



Альманах Природа и Люди, № 27, 1910 г.

МАРК ТВЕН

В АРХИВ

БИОГРАФИИ

ГЛАВНАЯ

КАРТА